Категория: Тринадцать загадочных случаев (опубликовано в 1932)

 

Я подтвердила и подробно описала случившееся. Думаю, появление человека, способного более-менее сносно отвечать на вопросы, он воспринял как подарок судьбы, ведь до того ему приходилось иметь дело только с Сандерсом и Эмили Троллап, все еще пребывавшей в полной прострации. Впрочем, чего можно было ожидать от бедняжки? Помню, мама всегда говорила: настоящая леди должна уметь держать себя в руках.

— Замечательно сказала ваша мама, — мрачно заметил сэр Генри.

— Когда я закончила, инспектор сказал:

«Благодарю вас, мадам. К сожалению, вынужден просить вас еще раз взглянуть на тело. Нам важно знать, все ли осталось как было».

Я объяснила, что помешала Сандерсу прикасаться к телу, и инспектор одобрительно кивнул.

«Похоже, джентльмен ужасно расстроен», — заметил он.

«Похоже», — ответила я.

Не думаю, чтобы я сказала это уж слишком особенным тоном, но инспектор взглянул на меня с явным интересом.

«Итак, все осталось в точности как было?» — переспросил он.

«Да, кроме шляпки», — ответила я.

Инспектор живо взглянул на меня.

«Что значит кроме шляпки?»

Я объяснила, что раньше она была у бедняжки Глэдис на голове, а теперь лежит рядом, и предположила, что ее сняла полиция. Инспектор, однако, заявил, что они ничего не трогали. Он стоял и смотрел на лежавшую ничком миссис Сандерс. Она, видимо, собиралась куда-то идти: на ней было темно-красное твидовое пальто с серым меховым воротником. Простенькая шляпка из красного фетра лежала как раз у ее головы.

Озадаченно нахмурившись, инспектор молчал. Внезапно он спросил:

«Вы случайно не помните, мадам: на ней были сережки? Она вообще их носила?»

К счастью, я очень наблюдательна, и тут же вспомнила, что из-под полей шляпки действительно виднелись жемчужинки. Они еще поблескивали… Правда, я не помнила, как часто она их надевала. Но на первый вопрос могла ответить с уверенностью.

«Тогда все ясно. Кто-то рылся в шкатулке с драгоценностями, хотя, как я понимаю, особых ценностей там не было… Видите? Даже кольца с пальцев сняли. Убийца, должно быть, забыл про сережки и вернулся за ними. Хладнокровный тип! Или… — Он внимательно оглядел комнату и медленно произнес: — Или, возможно, он до сих пор тут».

Но я отвергла это предположение, объяснив, что лично заглядывала под кровать, а хозяин раскрывал гардероб. Больше же спрятаться в комнате было просто негде. Оставалось, правда, еще закрытое на ключ отделение для шляпок в середине гардероба, но оно было слишком мало, да еще и с полками… Вряд ли там кто мог поместиться.

Инспектор медленно кивнул.

«Согласен, мадам, — сказал он. — Значит, он все-таки возвращался. Удивительно хладнокровный тип».

«Но ведь хозяин запер дверь и забрал ключ!» — напомнила я.