Категория: Приключения Шерлока Холмса (сборник, 1891—1892)

Был морозный вечер, и нам пришлось надеть пальто и обмотать себе шею шарфом. Звезды холодно сияли на безоблачном, ясном небе, и пар от дыхания прохожих был похож на дымки от пистолетных выстрелов. Четко и гулко раздавались по улицам наши шаги. Мы шли по Уимпол стрит, Харли стрит, через Уитмор стрит, вышли на Оксфорд стрит и через четверть часа были в Блумсбери, возле трактира «Альфа», скромного заведения на углу одной из улиц, ведущих к Холборну. Холмс вошел в бар и заказал две кружки пива краснощекому трактирщику в белом переднике.
– У вас, надо полагать, превосходное пиво, если оно не хуже ваших гусей, – сказал Холмс.
– Моих гусей? – Трактирщик, казалось, был изумлен.
– Да. Полчаса назад я беседовал с мистером Генри Бейкером, членом вашего «гусиного клуба».
– А, понимаю. Но видите ли, сэр, гуси то ведь не мои.
– В самом деле? А чьи же?
– Я купил две дюжины гусей у одного торговца в Ковент Гарден.
– Да ну? Я знаю кое кого из них. У кого же вы купили?
– Его зовут Брекинридж.
– Нет, Брекинриджа я не знаю. Ну, за ваше здоровье, хозяин, и за процветание вашего заведения! Доброй ночи!
– А теперь к мистеру Брекинриджу, – сказал Холмс, выходя на мороз и застегивая пальто. – Не забудьте, Уотсон, что на одном конце нашей цепи всего только безобидный гусь, зато к другому ее концу прикован человек, которому грозит не меньше семи лет каторги, если мы не докажем его невиновность. Возможно, впрочем, что наши розыски обнаружат, что виноват именно он, но, во всяком случае, в наших руках нить, ускользнувшая от полиции и случайно попавшая к нам. Дойдем же до конца этой нити, как бы печален этот конец ни был. Итак, поворот на юг, и шагом марш!
Мы пересекли Холборн, пошли по Энделл стрит и через какие то трущобы вышли на Ковентгарденский рынок. На одной из самых больших лавок было написано: «Брекинридж». Хозяин лавки, человек с лошадиным лицом и холеными бакенбардами, помогал мальчику запирать ставни.
– Добрый вечер! Каков морозец, а? – сказал Холмс.
Торговец кивнул головой, бросив вопросительный взгляд на моего друга.
– Гуси, видно, распроданы? – продолжал Холмс, указывая на пустой мраморный прилавок.
– Завтра утром можете купить хоть пятьсот штук.
– Завтра они мне ни к чему.
– Вон в той лавке, где горит свет, кое что осталось.
– Да? Но меня направили к вам.
– Кто же?
– Хозяин «Альфы».
– А! Я отослал ему две дюжины.
– Отличные были гуси! Откуда вы их достали?
К моему удивлению, вопрос этот привел торговца в бешенство.
– А ну ка, мистер, – сказал он, поднимая голову и упирая руки в бока, – к чему вы клоните? Говорите прямо.
– Я говорю достаточно прямо. Мне хотелось бы знать, кто продал вам тех гусей, которых вы поставляете в «Альфу».
– Вот и не скажу.
– Не скажете – и не надо. Велика важность! Чего вы кипятитесь из за таких пустяков?
– Кипячусь? Небось, на моем месте и вы кипятились бы, если бы к вам так приставали! Я плачу хорошие деньги за хороший товар, и, казалось бы, дело с концом. Так нет: «где гуси?», «у кого вы купили гусей?», «кому вы продали гусей?» Можно подумать, что на этих гусях свет клином сошелся, когда послушаешь, какой из за них подняли шум!
– Какое мне дело до других, которые пристают к вам с расспросами! – небрежно сказал Холмс. – Не хотите говорить – не надо. Но я понимаю толк в птице и держал пари на пять