Категория: Воспоминания Шерлока Холмса (сборник, 1892—1893)


За дверью спальни нас ожидало ужасное зрелище. Я уже говорил о том впечатлении дряблости, которое производил этот Блессингтон. Теперь, когда он висел на крюке, оно еще усилилось. В лице не осталось почти ничего человеческого. Шея вытянулась, как у ощипанной курицы, и по контрасту с ней тело казалось еще более тучным и неестественным. На нем была лишь длинная ночная рубаха, из-под которой окоченело торчали распухшие лодыжки и нескладные ступни. Рядом стоял щеголеватый инспектор, делавший заметки в записной книжке.
-- А, мистер Холмс, -- сказал он, когда мой друг вошел. -Рад видеть вас.
-- Доброе утро, Лэннер, -- откликнулся Холмс. -- Надеюсь, вы не против моего вмешательства. Вы уже слышали о событиях, предшествовавших этому происшествию?
-- Да, кое-что слышал.
-- Ну, и каково ваше мнение?
-- Насколько я могу судить, Блессингтон обезумел от страха. Посмотрите на постель -- он провел беспокойную ночь. Вот довольно глубокий отпечаток его тела. Вы знаете, что самоубийства чаще всего совершаются часов в пять утра. Примерно в это время он и повесился. И, наверно, заранее все обдумал.
-- Судя по тому, как затвердели его мышцы, он умер часа три назад, -- сказал я.
-- Что-нибудь особенное в комнате обнаружили? -- спросил Холмс.
-- Нашли на подставке для умывальника отвертку и несколько винтов. И ночью здесь, видно, много курили. Вот четыре сигарных окурка, которые я подобрал в камине.
-- Г-м! -- произнес Холмс. -- Нашли вы его мундштук?
-- Нет.
-- А портсигар?
-- Да, он был у него в кармане пальто.
Холмс открыл портсигар и понюхал единственную оставшуюся в нем сигару.
-- Это гаванская сигара, а это окурки сигар особого сорта, который импортируется голландцами из их ост-индских колоний. Их обычно заворачивают в солому, как вы знаете, и они потоньше и подлиннее, чем сигары других сортов.
Он взял четыре окурка и стал рассматривать их в свою карманную лупу.
-- Две сигары выкурены через мундштук, а две просто так, -- продолжал он. -- Две были обрезаны не очень острым ножом, а концы двух других -- откушены набором великолепных зубов. Это не самоубийство, мастер Лэннер. Это тщательно продуманное и хладнокровно совершенное убийство.
-- Не может быть! -- воскликнул инспектор.
-- Почему же это не может быть?
-- А зачем убивать человека таким неудобным способом -вещать?
-- Вот это мы и должны узнать.
-- Как убийцы могли проникнуть сюда?
-- Через парадную дверь.
-- Но она была заперта на засов.
-- Ее заперли после того, как они вошли.